Режим для слабовидящих Обычный режим

Сегодня исполняется 129 лет со дня рождения известного русского писателя и драматурга Михаила Булгакова

Версия для печатиВерсия для печати
Если обратиться к дневниковым записям, письмам литератора, к документам, связанным с его именем, то представиться колоссальный роман, наполненный коллизиями и противоречиями, моментами ликующего триумфа и тягостного падения, страшной травли и уничтожения, любви и творчества. Он, как и его персонажи поневоле сам оказался в центре политических событий начала ХХ века, попал в мясорубку истории.

Михаил Афанасьевич чрезвычайно сожалел, что не оставил потомкам своё жизнеописание, видимо потому что за всю свою подневольную жизнь на родине ему не удалось высказать многое из того, что вмещала в себе его богатейшая, впечатлительная, гениальная натура.

Однако, нам осталось его великолепное творчество, которое есть тоже своего рода автобиография автора. Через его произведения можно понять его взгляды, интересы, отношение к происходящим событиям в России, к народу, к писательскому и театральному миру.

О своем творчестве Михаил Булгаков говорил так: «Черные и мистические краски, в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд, которым пропитан мой язык <...>, а самое главное – изображение страшных черт моего народа». При жизни писателя его пьесы запрещали к постановке, почти не печатали повести и романы вплоть до 1960-х. Сейчас же произведения автора одни из самых любимых и читаемых, они не сходят с театральных подмостков.

В репертуаре Иркутского академического драматического театра идёт пьеса Михаила Булгакова «Бег», в постановке режиссёра Татьяны Ворониной. Делимся с вами отзывом на спектакль театрального критика, эксперта современного российского театра Павла Руднева:

– Это полноформатная, полифоничная, раскидистая работа с массой приёмов, возможностей, художественных образов и систем. С первых секунд спектакля ощущаешь трагический оттенок. В этой пьесе есть масса возможностей развлекать зрителей, но в этой работе режиссёр намеренно уходит от «занимательства» публики. Разговор идет серьезный и правдивый, о насилии, о войне, с возникающей антимилитаристской и антивоенной интонацией. У военной темы нет желания «бряцать оружием», здесь никто из военачальников не наслаждается своим военным статусом, наоборот переживают его как трагедию. Они стали людьми, привыкшими носить револьвер в руках. И у Черноты, и у Хлудова оружие как продолжение тела, продолжение руки. Ни какая-то аномалия, а как то, что всегда под рукой. Чаще всего, вспомните фильм «Адмирал», белое движение изображают как «небесный свет Колчака», нам показывают белый китель адмирала, вместо трагического состояния и понимания того, что это вынужденно, жутко и страшно. Но в этом спектакле этого совершенно нет и это здорово. Здесь про 20 век, как век кошмарного непрекращающегося насилия.

Вторая тема – булгаковский мистицизм, он тоже возникает с первых моментов. Очень легко эту мистику превратить в развлекательность и занимательность, но опять же театр уходит от этого. Первая сцена этой работы сразу отсылает к зеленой лампе писателя, которая двигается сама по себе и погребает под собой автора этого произведения. Здесь Булгаков оказывается одним из бегущих в этом «беге», он – одна из жертв в этом процессе, становящийся частью биографии своих персонажей.

Великолепно, то что делает художник театра Александр Плинт. Декорация не только сильная, она ещё и многозначная, полисемантичная, многообразная. Бесконечно разгадываешь возникающие визуальные образы. Это и разбитый вокзал, и храм, с разбитыми витражами и пристань дебаркадер… Очень здорово показано в одной сцене, как люди привыкли жить на разбитых обломках этого мира, фрагменты железных конструкций стали для них диваном, стулом, столом… Этот мир не целен, разъят, разрушен и люди свыкаются, приспосабливаются жить на обломках империи. Финальная трансформация декорации тоже важная и неожиданная. Можно представить и траурные крылья ангела смерти, и обожженные крылья бабочки, и портал в персональный ад Хлудова, и остов древнего животного Левиафана. Появляющаяся расстрельная стенка, отсылает не только к судьбе генерала Слащева, на воспоминаниях о котором «Бег» и написан, но и к судьбе семьи Николая II и к судьбам многих людей в нашей истории.

Ещё одна важная тема – что никаких иллюзий, никакой венценосности по отношению к белому движению спектакль ваш не испытывает и это очень существенно. То как играются персонажи белого НКВД это подтверждает. Они всё та же кабала святош, белая контрразведка она такого же рода, как и красная, никакой разницы между армиями нет. Они оба преуспели в деле уничтожения человека.

Вслед за Булгаковым ваш спектакль изображает войну, как некий портал, с которого насилие начинается. Ящик Пандоры, который на весь 20 век распространился, вплоть до сегодняшнего дня. Он был именно в гражданскую войну и распакован. И возникает момент размышлений, как остановить эту цепочку зла, как избавится от этого наследия, как его пережить?

Чтобы ощутить в полной мере трагичность этого произведения смотрите спектакль «Бег» в следующем театральном сезоне.
Фото: 
Кирилл Фалеев
15.05.2020