Режим для слабовидящих Обычный режим

цвета сайта:

размер шрифта:

В атмосфере Достоевского: Что приготовили зрителям актеры Драмтеатра в Иркутске

Версия для печатиВерсия для печати

Рецензию на спектакль «Идиот» публикует ИА IrkutskMedia.
 

Иркутск, 20 февраля, IrkutskMedia. Премьера спектакля «Идиот» по мотивам одноименного романа Достоевского прошла на сцене Иркутского драматического театра 28 ноября 2015 года. Премьерный показ собрал полный зал. Интерес к постановке не утихает. Что приготовили зрителям актеры и режиссер Геннадий Шапошников? Рецензию Анастасии Долгополовой публикует ИА IrkutskMedia.
 

Попытка осмысления Федора Михайловича обозначена в афише как «сцены из романа», однако, несмотря на фрагментарность повествования, в целом создается впечатление полноты и гармоничной завершенности. Волею режиссера спектакль разделен на два содержательно непропорциональных действия: в первую часть уложена одна из четырех частей романа — от знакомства князя Мышкина и Рогожина вплоть до именин Настасьи Филипповны, во вторую же часть поместили оставшиеся три тома произведения. Трудно будет тому, кто успел забыть школьную программу или вовсе не знаком с романом — действие отрывочно, то и дело появляются новые персонажи, иногда сложно уловить связь между сменяющимися сценами.


Сергей Дубянский в роли князя Мышкина — безусловное попадание в образ как с точки зрения внешности, так и актерской игры. Очень точно передана почти детская порывистость, сквозящая во всех движениях героя, но особенно — взгляд, в котором «что-то тихое, но тяжелое» соседствует с выражением бесконечной христианской любви ко всем окружающим его. Органичны и правдоподобны в образах Рогожина и Настасьи Филипповны Дмитрий Акимов и Екатерина Константинова — один из красивейших актерских дуэтов держит в напряжении, вызывает дрожь.
 

Анне Дружининой удалось передать характер своей героини — Аглаи Епанчиной, и хотя сцен с ее участием непозволительно мало, образ успевает раскрыться в сцене ее встречи со своим антиподом (или наоборот — двойником?) Настасьей Филипповной.
 

Не обошлось и без неожиданных откровений — с легкой руки Глеба Ворошилова мы видим Гаврилу Ардалионовича Иволгина не как расчетливого карьериста и интригана по своему желанию, но по воле обстоятельств.
 

Одна из самых напряженных сцен второго действия — вынесенный на авансцену монолог Ипполита в исполнении Николая Стрельченко, который на протяжении порядка 10-ти минут сосредотачивает внимание зрителя на себе. «Необходимое объяснение» умирающего молодого человека во многом созвучно князю Мышкину и нужно автору для отображения полной картины человеческих страданий во всем их многообразии. Как у Толстого каждая несчастная семья несчастлива по-своему, так и у Достоевского нет людских страданий, похожих друг на друга. Многообразие боли душевной и физической проходит красной нитью через все действие и соединяется с мыслями о боге и вере, в которых герои пытаются найти единственно правильное решение.
 

Сложно переоценить значение сценографии. Белый глянцевый пол, подвесные металлические лампы, офисные кожаные стулья — все направлено на создание неуютного, «искусственного» пространства, в котором невозможно жить и любить. А с металлического столика на колесиках впору брать скальпели и зажимы, но не бокалы с шампанским. Интересно наблюдать за передвижениями актеров на больших офисных стульях: за исключением князя Мышкина и Настасьи Филипповны никто не сидит на них неподвижно. Рассматривать ли это как аллегорию отношения к собственной жизни или намек на актуальность изображаемых событий — каждый решает сам.
 

Особого внимания заслуживает полупрозрачный экран на заднике сцены, на который проецируется то дом Достоевского, то икона Троицы. В некоторых сценах предпринята попытка обращения к прошлому князя Мышкина и Настасьи Филипповны — позади экрана, словно за пеленой времени, появляется фигура девочки как символы дорогого сердцу, но безвозвратно утраченного времени.
 

Звуковое сопровождение усиливает настроение спектакля. Большое значение придается символике цвета в костюмах главных героев — красный и черный преобладают у Рогожина и Настасьи Филипповны, князь Мышкин преимущественно облачен в светлый костюм, только во втором действии сменяя его на черный.
 

Создание этого спектакля еще раз доказывает высокий профессионализм актеров и их потенциал. А так как классика нужно ставить со всей его полкой, в марте на другой сцене ожидается премьера постановки «Брат Иван» по роману «Братья Карамазовы», в которой актеры, «напитанные» языком и атмосферой произведений Федора Михайловича, попытаются раскрыть перед зрителем новые грани своего таланта.

Автор: 
Анастасия Долгополова
20.02.2016