Режим для слабовидящих Обычный режим

цвета сайта:

размер шрифта:

Театр как космос

Версия для печатиВерсия для печати

Режиссер Андрей Борисов ставит в драмтеатре эпичный спектакль.
 

12 июня, в День России, в Иркутском драмтеатре - большая премьера. Постановку «Александр Не­вский в срединном мире» уже называют одной из самых масштабных в истории театра, ведь в ней будут заняты около ста человек. Спектакль ставит заслуженный дея­тель искусств Якутии Ан­дрей Борисов. «Иркутск» поговорил с режиссером о выборе темы для по­становки, ее масштабе и глобальных вопросах, поднятых в спектакле.
 

– Расскажите, как возникла идея этого спектакля.
 

Идеи всегда долго со­зревают, а потом неожиданно приходят. Я уже долго думаю о евразийском пространстве, и мне интересны любые куль­турные акции, которые бы отражали эти идеи и филосо­фию, помогали бы его создавать, или, вернее, возрождать их. Конкретно эту тему мне подсказал продюсер, с кото­рым я снимал фильм «Тайна Чингисхана». Зная, что я интересуюсь евразийством, он предложил мне посмотреть историю Александра Невско­го, который, как известно, четыре раза ездил в Орду, чтобы заключить мирное со­глашение с ханами. Я изучил этот вопрос, после чего мы за­казали написать пьесу на эту тему драматургу и режиссеру Марине Варбут, которая мно­го сотрудничала с московски­ми театрами. Она в свое время успела поработать в команде Андрея Тарковского.
 

– А почему для поста­новки был выбран Ир­кутск?
 

Тут несколько причин. Когда-то, в XIII веке, все это пространство, включающее Иркутск и Байкал, называлось срединной землей. Потом ваша драма — это классический рус­ский театр с богатой историей и традициями. Здесь начинал свою деятельность мой друг, выдающийся театральный художник Геннадий Сотников, который мне много рассказы­вал об этом коллективе.
 

Кроме того, я знаю Иркутск как интеллектуальный, куль­турный и духовный центр Сибири, и вспомнил о том, что директор театра Анато­лий Стрельцов меня сюда уже лет двадцать приглашает на постановку. Поэтому все со­шлось. А еще ведь в этом году будут проходить Ёрдынские игры, а в пьесе Александр Не­вский на них был.
 

– Расскажите, пожа­луйста, о сюжете пьесы.
 

Александр Невский по­сле смерти отца отправляется в Орду к Батыю-хану, чтобы получить ярлык на княжение Новгородской, Владимирской и Суздальской землями. По нашей версии, они встрети­лись именно на Ёрдынских играх, которые существовали с древнейших времен. Гора Ёрд издревле являлась свя­щенной для тюрков, монголов, русских, которые собирались вокруг нее, проводили состя­зания и праздники. И в нашем спектакле Александр Невский даже побратался с сыном Батый-хана. А братание тогда по монгольским традициям было гораздо серьезнее, чем даже кровное родство.
 

Если говорить по существу, эта история о том, как Александр Невский пошел в Орду, чтобы спасти Русь, русских людей и православную веру. И на этом фоне разворачиваются различные конфликты.

По большому счету, Не­вский совершает историче­ский выбор между Европой и Азией, заключая союз с мон­голами.
 

– Получается, что сегодня эта история обретает некую акту­альность? Ведь сейчас Россия вновь совершает этот выбор, предпочи­тая восточное партнер­ство.
 

Да, по крайней мере с экономической точки зре­ния. Но эта тема всегда была актуальной для нашей страны. Дело не только в санкциях. Россия всегда сознавала себя как Евразия. Как говорил ве­ликий философ Владимир Соловьев, русский человек — это европеец с азиатским осадком на дне души. Это очень важно.

 

И потом историю России нельзя представить без отно­шений с тюрко-монгольским миром. Вы ведь знаете, что сам термин «татаро-монголь­ское иго» официально уже не употребляется, потому что это было не совсем иго, и не совсем татаро-монгольское. Орда была государством, в ко­тором в том числе жили рус­ские люди.
 

В XIII веке в этих местах был такой котел истории, в котором все только зарож­далось. Ведь на тот момент еще не существовало русской монархии, и Александр Не­вский как раз стал предтечей создания российской государственности, Московского княжества. Среди русских в те времена еще было много язычников, и православная религия только обретала свои очертания. Это было слож­ное время. Кстати, некоторые крупные историки и филосо­фы считают Александра Не­вского предателем Руси.
 

– Но раз вы взяли эту тему, значит, счита­ете, что Невский все- таки поступил правиль­но, и путь России должен быть направлен в сторо­ну Востока?
 

Нет, это совершенно не так. Я считаю, что Россия — это отдельная цивилизация, и у нее свой путь, не связанный с выбором между Западом и Востоком в качестве примера для подражания. Россия еще скажет свое слово, потому что наша страна в культурном и духовном плане куда шире и разнообразнее.
 

– Получается, что в вашем спектакле на сцене сойдутся две куль­туры, в сущности, два разных мира. Это бу­дет конфликт или, на­оборот, дружественное слияние?
 

Два этих мира встреча­ются во времена войн и стол­кновений. Но усилиями Алек­сандра Невского рождается то самое евразийство, о котором мы говорили. Оно рождается в результате столкновений и взаимовлияния. Именно тог­да и возникает та культура, которую сегодня называют евразийской. Это не моя теория, она доказана в трудах многих ученых, в том числе Льва Гу­милева. Просто сейчас она актуальна как никогда. Не зря же возник Евразийский эко­номический союз. И неслу­чайно по итогам всенародно­го голосования «Имя Россия» в 2008 году выбран именно Александр Невский.
 

– Значит, евразий­ство, по вашему мнению, может стать нацио­нальной идеей России?
 

Да, это национальная идея, и главный ее герой — Александр Невский. Евразий­ское мировоззрение наиболее продуктивно, эта идея может объединить и поднять Россию. И тогда к нам будут относить­ся с пониманием и на Востоке, и на Западе.
 

– Этот спектакль, что называется, в струе времени. Вас можно об­винить в конъюнктуре.
 

Можно. Я поставил более 50 спектаклей и еще около 30 разных массовых мероприя­тий, некоторые из которых со­бирали до пяти тысяч человек. Конечно, можно сказать, что я конъюнктурный человек, но ведь театр должен быть для народа. Я поставил в нашем Русском театре спектакль к 70-летию Победы. Можно назвать это конъюнктурой? Наверное, да. А до этого я по­ставил спектакль «Созвездие Марии» — о русских море­плавателях, которые по указу Петра Первого по берегу Ледовитого океана очерчивали границы Российской импе­рии. Патриотическая тема, которую можно счесть конъ­юнктурой.
 

– Стало быть, вам во­обще близки такие мас­штабные инсценировки? На сцене Иркутского драмтеатра вы собираетесь чуть ли не сто чело­век вывести на сцену?
 

Да, мне близок эпиче­ский театр. Но сами спектакли не обязательно должны быть очень масштабными. Важна тема. У меня есть постановки, где занято всего 10-15 чело­век. Может быть, я последний мамонт, уходящая натура, которая хранит в голове эпиче­ский театр.
 

– Каковы характери­стики такого театра?
 

Главное — адресат: на­род. Не заядлые театралы или элита, а массовый зритель. А еще в спектакле речь долж­на идти о глобальных вещах, о судьбе народа, о религии. Эпический театр должен рас­сказывать о незыблемых законах устройства человеческого общества. В эпическом театре должен присутствовать сам космос.

Автор: 
Илья Смирнов
04.06.2015