Режим для слабовидящих Обычный режим

цвета сайта:

размер шрифта:

Русская психологическая драма в Израиле – Иркутский драмтеатр вернулся с очередных гастролей

Версия для печатиВерсия для печати

Иркутский драмтеатр имени Охлопкова посетил с гастрольным туром израильские города. Сибиряки привезли на Землю Обетованную традиционную русскую психологическую драму своего классика – известный спектакль «Последний срок», давно уже ставший визитной карточкой охлопковцев, по одноимённой повести Валентина Распутина.
 

Иркутские артисты побывали в Араде, Нацрат-Илите, Ашдоде, Хайфе, Мигладь а-Эмеке. С собой у них практически не было реквизита, только костюмы. Основную часть инвентаря искали администраторы на местах, готовясь к приёму гостей из далёкой Сибири. «Большие сложности возникли с жестяными вёдрами», – рассказывает, улыбаясь, художественный руководитель театра Геннадий Шапошников.
 

Залы во всех городах были полными – зрители, уже знакомые с Иркутским драмтеатром (в 2012 году труппа показывала здесь «Прошлым летом в Чулимске» Александра Вампилова) на этот раз быстро раскупили билеты. Кое-где на спектакль пришло даже больше народу, чем было мест: чтобы не оставить этих людей без впечатлений от «Последнего срока», для них искали дополнительные стулья, говорит директор театра Анатолий Стрельцов.
 

Израильтяне охлопковцев ждали ещё и потому, что спектакли, подобные тем, что везут иркутяне – драматические, психологические, заставляющие задуматься об общечеловеческих и вместе с тем личных ценностях – здесь редкое явление. Обычно зрителей Святой Земли балуют комедиями на любой вкус и цвет. «В Хайфу, например, в последние годы привозят весёлые спектакли, мне про это рассказал мой однокурсник, который давно здесь живёт. Вот такую постановку, когда можно переживать, когда спектакль не просто на «тряпочках», а спектакль со всеми декорациями, реквизитом в Хайфу никто не привозил», – говорит заслуженный артист России Владимир Орехов (в «Последнем сроке» – Илья).
 

«В каждом городе зал испытывал такую радость, что увидел этот спектакль. Тема вдруг оказалась общечеловеческой. Люди подходили к авансцене, пытались как-то обнять, сказать какие-то слова благодарности. Они поняли, что можно жить дальше, преодолевать какие-то свои трудности», – делится впечатлениями от гастролей исполнительница роли Миронихи, заслуженная артистка России Людмила Слабунова.
 

Реакция израильского зрителя порой была непонятной для актёров. «Сидел в зале парень, и у него совершенно бесстрастное лицо. Я думаю, ему не нравится, что ли. Я думаю, ну действительно, он родился здесь, родители, может быть, евреи сохранили культуру языка, он понимает по-русски, но эти проблемы его никак не трогают, наверное. А в конце он больше всех хлопал и говорил: спасибо! Глаза загорелись почему-то. Он просто так реагировал, он внешне сдержанный», – рассказывает заслуженный артист России Степан Догадин, который играет в «Последнем сроке» Михаила.
 

Анатолий Стрельцов вторит ему: «На первых минутах спектакля, нам, актёрам, Валентину Распутину было трудно растапливать свою сущность и сущность другого человека. Менталитет разный, и того уровня самоанализа, что есть у русского человека, нет больше нигде. Но в итоге, мне кажется, человеческие отношения побеждают всё, и у нас было всё хорошо».
 

Исполнительница роли старухи Анны народная артистка России Наталия Королёва поделилась тем, как зрители реагировали на те или иные сцены: «Сцены пьянства явно им не нравились, они их отторгали, им было неприятно их смотреть. К чему-то они очень подключались, где-то были аплодисменты даже. Там зритель был очень сложный, но интересный. И в конце мы их пробили, и не потому что они плакали. Дело в другом: задеваем ли мы их душу, их мысли. Слёзы – это такая вещь сентиментальная, можно всплакнуть на мелодраме и через пять минут забыть, а вот если мы заставили о чём-нибудь задуматься – вот это самое ценное».
 

Охлопковцы настолько проникли в душу израильтян, что те попросили иркутян сделать спектакль именно для них, рассказал Геннадий Шапошников. «В 2012 году у нас был успех, но залы наши были не первого эшелона, на этот раз они больше. Теперь они хотят с нами работать и просят спектакль специально для них. У нас была когда-то «Поминальная молитва», этот спектакль, скорее всего, и будет для Израиля. И залы нам обещают теперь театральные, то есть первого эшелона», – говорит он.

31.10.2014