Режим для слабовидящих Обычный режим

цвета сайта:

размер шрифта:

История о пегом мерине

Версия для печатиВерсия для печати

На Четвертой сцене Иркутской драмы жарче, чем этим летом на улице. Все потому, что в самом разгаре репетиции спектакля «Холстомер» по одноименной повести Льва Толстого. Совместно с приглашенным режиссером Сергеем Землянским охлопковцы учатся передавать текст великого произведения литературы без слов, языком телодвижений, жестов, наполняя внутренними переживаниями и искренними чувствами своих героев.
 

Идея создания повести, в которой бы рассказывалось о лошади по кличке Холстомер, родилась не случайно. В 1856 году Лев Николаевич узнал историю о пегом коне Холстомере, родом с Хреновского конного завода в Орловской губернии, которым владел известный коннозаводчик Александр Стахович. Но эта история о знаменитом орловском рысаке, пробежавшем двести сажен в тридцать секунд в начале 1800-х годов в Москве, была интересна и брату коннозаводчика, писателю Михаилу Стаховичу, который собирался написать повесть «Похождения пегого мерина». Но он не смог воплотить замысел в жизнь, так как скончался 1858 году.
 

31 мая 1856 года Толстой отмечает в своем дневнике: «Хочется писать историю лошади». Замысел повести зрел вплоть до 1863 года. Именно в это время он начинает работу над «Холстомером» и делает первые дневниковые записи. В мае 1863 года Толстой писал Фету: «Теперь я пишу историю пегого мерина, к осени, я думаю, напечатаю». Но спустя время откладывает рукописи в стол.
 

Если бы не супруга Льва Николаевича Софья Андреевна, то, возможно, эту повесть так и не увидела бы мировая общественность. Именно она, в 1885 году, готовя очередное собрание сочинений, обнаружила черновики «Холстомера» и убедила супруга в том, что над этим произведением необходимо продолжить работу. Спустя год Лев Толстой окончил повесть и выпустил ее в свет, поместив в третьем томе пятого издания собрания сочинений. Кроме того, есть еще воспоминания о том, как Толстой, увидавши старого мерина, рассказал Тургеневу историю о нем, на что Тургенев сказал, смеясь: «Когда-нибудь вы, Лев Николаевич, были лошадью».

Фото: 
Роман Кириченко
15.06.2018