Режим для слабовидящих Обычный режим

цвета сайта:

размер шрифта:

Должны ли умирать деревья?

Версия для печатиВерсия для печати

Иркутский академический драматический театр им. Н. Охлопкова открыл театральный сезон пьесой Алехандро Касона «Деревья умирают стоя». Эта пьеса была чрезвычайно популярна в шестидесятые годы, и, пожалуй, не было в СССР театра, который бы не поставил эту пьесу на своей сцене. Прошли годы, и вот режиссёр Александр Ищенко вернул современному зрителю этот спектакль. Вернул – потому что в пьесе Алехандро Касона заложена удивительно простая, но бесконечно живая тема человеколюбия.

Следует подчеркнуть, что исследование межличностных отношений - излюбленное направление в театральной деятельности Александра Ищенко. Он с упорством и скрупулёзностью научного анализа во всех своих постановках и в ТЮЗе, и вот теперь в дебютном спектакле на сцене академического драматического пытается рассмотреть человеческие взаимоотношения, логику их поступков. При этом Александр Ищенко не скрывает свои пристрастия или антипатии к сценическим персонажам и, в некоторой степени, определяет им свою гражданскую оценку. При этом его театральные вердикты не исключают активного зрительского раздумья. Он всеми своими работами на театре сеет эти будоражащие зёрна взволнованного размышления, которые рано или поздно должны привести к самоочищающей нравственной зрелости личности.

Нынешняя постановка Александра Ищенко - это своеобразный двойной дебют: во-первых, как мы уже сказали, это первая театральная работа режиссёра на сцене драматического театра им. Н. Охлопкова; во-вторых, это первая режиссёрская работа в новом качестве – заслуженного деятеля искусств России. Оба события знаменательны, и пьеса А. Касона как нельзя кстати соответствует этим праздничным событиям в творческой биографии А. Ищенко и его творческому кредо.

Хотя бы вкратце сюжет пьесы А. Касона. Банальный случай в семье сеньора Бальбоа: старательное воспитание внука не принесло радости, внук на двадцать лет исчезает из дома и становится приверженцем криминального мира. Бабушка ничего об этом не знает, и, чтобы сохранить её здоровье, сеньор Бальбоа пишет ей письма якобы от внука, где рассказывает о фантастических успехах.

Традиционная и во многом спорная ложь во спасение. Она довольно часто используется в драматургическом искусстве; вспомним хотя бы «Старшего сына» А. Вампилова, чтобы понять, как много интересного, неожиданного, полезного и спорного открывает нам этот житейский приём и в быту, и в искусстве в разные временные периоды.

Режиссёр Александр Ищенко достаточно убедительно строит взаимоотношения героев пьесы, не прибегая к сценическим изыскам, справедливо рассчитывая на яркие актёрские решения, которые в корректном самовыражении создают прочный единый актёрский ансамбль. В этом режиссёру безусловно помогает сцено-графия засл. деятеля искусств Украины Юрия Суракевича (да простит меня он за опущенные из-за экономии газетной площади многие его почётные звания, и в лице меня да простит Ю. Суракевич театр за извращённую его фамилию в программке спектакля).

Декорация Ю. Суракевича как бы делится на два уровня. Первый, нижний – это обыкновенные квартиры – сначала офиса, потом усадьбы сеньора Бальбоа. Второй, верхний – это аллегория деревьев, которые простираются над действующими лицами, чутко реагируют на всё с ними происходящее и символически подчёркивают трагикомизм положения. На этих деревьях нет листвы, их стволики переплетаются и меняют направления, то поникая в грустном предчувствии, то взлетая вверх. Так, они максимально поднимутся в финале спектакля, подчёркивая его героическое, оптимистическое звучание.

В центре спектакля образ Бабушки. Именно ради сохранения её здоровья, её благополучия закручена интрига спектакля «Деревья умирают стоя». Бабушку играет нар. арт. России Тамара Олейник, которую давно уже не видел в деле иркутский зритель. В исполнении актрисы Бабушка предстаёт в спектакле неординарной личностью. Да, она позволяет на первом этапе сценического действия обмануть её разыгрываемой ситуацией. Но как не обмануться, когда искренне хочется верить в счастье близкого человека, когда все помыслы направлены на обеспечение этого счастья! Тамара Олейник убедительно воспроизводит это малое человеческое счастье, которое в масштабах одной семьи обретает другую значимую величину. Но если учесть, что общечеловеческое счастье - это сумма единичного, тогда радостные ощущения Бабушки - Т. Олейник тоже приобретают обобщающее звучание и значение.

Т. Олейник очень осторожно рисует возраст и здоровье своей героини. Она в большей степени акцентирует ум, прозорливость и нравственную зрелость Бабушки. Ведь именно эти качества позволяют ей выстоять в трудные минуты, ни на каком этапе театральной жизни не вызвать зрительской жалости и финал спектакля сыграть не как конец жизни, а как героическое её продолжение. И таким решением Т. Олейник вместе с режиссёром и художником в ещё большей степени подчёркивают аллегоричность названия пьесы.

Как всегда искренна и непосредственна артистка Анастасия Шинкаренко. У неё поразительно развито умение вскрывать трогательные стороны характеров своих героинь, которые способны на большие чувства, которые могут отстаивать свою любовь и которые в борьбе за своё счастье умеют быть жертвенными и бескорыстными. Эти качества актрисы в достаточной мере проявляются и в образе Марты-Изабеллы, именно эта искренность актёрского решения вызывает закономерный взволнованный отклик в зрительном зале. Но при всей привлекательности лирических героинь Анастасии Шинкаренко, мне кажется, режиссёрам стоит задуматься о разнообразии ролей актрисы, поскольку творческий диапазон её это позволяет.

Безусловно, симпатию вызывает герой спектакля Маурисьо - арт. Александр Братенков. В этом образе практически всё привлекает: и его контора, которая, вмешиваясь в чужие судьбы, стремится любыми правдами и неправдами обеспечить им счастливое существование; и его философия существования, где все люди рассматриваются в контексте его активного вмешательства; и его неумение за внедрением в дела общественные увидеть простые человеческие чувства, имеющие право на существование и уважение. Его философия разбивается при столкновении с искренней любовью Марты, но Маурисьо Братенкова находит в себе силы признать своё поражение в некоей бесчувственности, что в конечном счёте обеспечивает ему счастье. Образ поучительный, при всех малых отклонениях характера – добрый, и А. Братенков умело проводит эту трансформацию Маурисьо и его человеческое возрождение.

Вообще, спектакль «Деревья умирают стоя» пронизан этой удивительной добротой и человечностью. На эту доминирующую качественную идею постановки задействованы практически все действующие лица: это и по-матерински отзывчивая экономка Хеновева в исполнении актрисы Татьяны Кулаковой, и суетливая забавная горничная у актрисы Ольги Шмидгаль, и подчёркнуто суховатая, но вся как концентрированный сгусток сочувствия и содействия секретарша Элен у засл. арт. России Тамары Панасюк, это и искренне заботящийся о спокойствии Бабушки инициатор сценической «заварушки» сеньор Бальбоа у засл. арт. России Виталия Сидорченко.

Спектакль «Деревья умирают стоя» в Иркутском драматическом театре несомненно продолжает генеральную творческую линию нашего театра – лучшими произведениями отечественной и зарубежной драматургии формировать высокий нравственный потенциал зрителя. Формировать человечностью, добротой и искренностью сценического воплощения.

23.10.2007